ИСУ-152

АУДИОГИД 021

Самоходная установка ИСУ-152 «Зверобой»

isu-152

ИСУ-152   — советская тяжёлая самоходно-артиллерийская установка (САУ) периода Великой Отечественной войны. В названии машины аббревиатура ИСУ означает «самоходная установка на базе танка ИС» или «ИС-установка»; буква «И» в дополнение к стандартному советскому обозначению «СУ» боевой техники такого класса потребовалась для отличия от САУ того же калибра СУ-152 на другой танковой базе. Индекс 152 означает калибр основного вооружения машины. Жаргонное название ИСУ-152 — «Зверобой». В Вермахте её называли «Dosenöffner» (нем. «консервный нож»). Принята на вооружение в 1943 году.

 

ИСУ-152 широко применялись на завершающем этапе Великой Отечественной войны практически во всех аспектах использования самоходной артиллерии. Помимо РККА, ИСУ-152 состояли на вооружении армий Польши и Чехословакии, единичные трофейные машины использовались Вермахтом и армией Финляндии.

ИСУ-152 в целом удачно сочетала в себе три главных боевых роли: тяжёлое штурмовое орудие, истребитель танков и самоходную гаубицу. Однако в каждой из этих ролей, как правило, существовала другая, более специализированная САУ с лучшими характеристиками для своей категории, чем у ИСУ-152.

Основным использованием ИСУ-152 была огневая поддержка наступающих танков и пехоты.

ИСУ-152 были особо востребованы в городских боях, таких как штурмы Берлина, Будапешта или Кёнигсберга. Хорошее бронирование самоходки позволяло ей выдвигаться на дистанцию выстрела прямой наводкой для уничтожения вражеских огневых точек. Для обычной буксируемой артиллерии это было смертельно опасно из-за вражеского пулемётного и прицельного снайперского огня.

Чтобы уменьшить потери от огня «фаустников» (немецких солдат, вооружённых «панцершреками» или «фаустпатронами»), в городских боях ИСУ-152 использовались по одной-две самоходки вместе с пехотным отделением (штурмовой группой) для их защиты.

ИСУ-152 могла также успешно выступать в роли истребителя танков, хотя существенно уступала специализированным истребителям танков, которые вооружались противотанковыми пушками. В этом качестве она унаследовала прозвище «Зверобой» от своей предшественницы СУ-152. Для поражения бронецелей предназначался бронебойный снаряд БР-540 массой 48,9 кг с дульной скоростью 600 м/с, попадание БР-540 в цель было очень разрушительным, шанс уцелеть после него был ничтожно мал.

ИСУ-152 весьма нечасто, но использовались как самоходные гаубицы для стрельбы с закрытых позиций. Красная армия не имела специализированных машин для этой цели, подобных немецкому Hummel, американскому Howitzer Motor Carriage M7 или английскому Sexton. Танковые и механизированные части Красной армии были хорошо оснащены буксируемой артиллерией, но буксируемые орудия были уязвимы на марше, и они не могли поддержать танки и мотопехоту при быстром продвижении внутрь вражеской обороны. В этой роли ИСУ-152 использовались и для артподготовок.

Сравнение ИСУ-152 с другими САУ различных стран того периода провести весьма затруднительно из-за отсутствия аналогов по комбинации тактического применения, массы машины и её вооружения.

В некоторой степени аналогом ИСУ-152 можно считать немецкий «Ягдтигр», также имевший весьма мощную пушку калибром 128 мм и чрезвычайно сильное бронирование. С другой стороны, немецкая САУ всё же имела ярко выраженную противотанковую направленность; кроме того, по массе она превосходила ИСУ-152 в 1,7 раза. Бронетанковая техника Второй мировой войны США и Великобритании вообще не имела серийных образцов тяжёлых самоходно-артиллерийских установок.

подробнее

Самоходная установка ИСУ-152 «Зверобой»

Боевая масса, т   46,0

Экипаж, чел.:5

Годы разработки:        1943

Годы производства:    1943—1959

Годы эксплуатации:     1943—1974

Количество выпущенных, шт.:      3242

Размеры

Длина корпуса, мм      6543

Длина с пушкой вперёд, мм 9050

Ширина корпуса, мм   3070

Высота, мм         2870

База, мм     4310

Колея, мм  2420

Клиренс, мм 470

Бронирование

Тип брони:          катаная

Лоб корпуса (верх), мм/град.        60/78°

Лоб корпуса (низ), мм/град. 90/−30°

Борт корпуса (верх), мм/град.       75/15°

Борт корпуса (низ), мм/град.         90/0°

Корма корпуса (верх), мм/град.    60/49°

Корма корпуса (низ), мм/град.      60/−41°

Днище, мм 20

Крыша корпуса, мм    30

Лоб рубки, мм/град.    90/30°

Маска орудия, мм/град.       100

Борт рубки, мм/град.  75/15°

Корма рубки, мм/град.         60/0°

Крыша рубки, мм/град.       30

Вооружение

Калибр и марка пушки:        152,4-мм гаубица-пушка МЛ-20С обр. 1937/43 гг.

Длина ствола, калибров: 28

Боекомплект пушки ИСУ-152: 21

ИСУ-152М: 20

ИСУ-152К: 30

Углы ВН, град.  −3…+20

Углы ГН, град.   −3..+7

Дальность стрельбы, км       до 13

Прицелы: СТ-10, Панорама Герца

Пулемёты: 1 × 12,7-мм ДШК

Подвижность

Тип двигателя: V-образный 4-тактный 12-цилиндровый дизель

Мощность двигателя, л. с.    520

Скорость по шоссе, км/ч      40

Скорость по пересечённой местности, км/ч     15—20

Запас хода по шоссе, км       350—500

Запас хода по пересечённой местности, км     140—300

Удельная мощность, л. с./т   11,2

Тип подвески: индивидуальная торсионная

Удельное давление на грунт, кг/см²        0,82

Преодолеваемый подъём, град.    36

Преодолеваемая стенка, м    1,0

Преодолеваемый ров, м       2,5

Преодолеваемый брод, м     1,3

 

ИСУ-152 (Объект 241) — советская тяжёлая самоходно-артиллерийская установка (САУ) периода Великой Отечественной войны. В названии машины аббревиатура ИСУ означает «самоходная установка на базе танка ИС» или «ИС-установка»; буква «И» в дополнение к стандартному советскому обозначению «СУ» боевой техники такого класса потребовалась для отличия от САУ того же калибра СУ-152 на другой танковой базе. Индекс 152 означает калибр основного вооружения машины.

Разработана конструкторским бюро опытного завода № 100 в июне — октябре 1943 года и принята на вооружение Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) 6 ноября того же года. Тогда же началось её серийное производство на Челябинском Кировском заводе (ЧКЗ), продолжавшееся до 1946 года. Несколько машин этой марки выпустил в 1945 году Ленинградский Кировский завод (ЛКЗ). ИСУ-152 широко применялись на завершающем этапе Великой Отечественной войны практически во всех аспектах использования самоходной артиллерии. Помимо РККА, ИСУ-152 состояли на вооружении армий Польши и Чехословакии, единичные трофейные машины использовались Вермахтом и армией Финляндии. Известна только одна фотография (датированная 1944 г.) с ИСУ-152, используемой армией Финляндии.

В послевоенный период ИСУ-152 прошли модернизацию и долго состояли на вооружении Советской армии. Они также поставлялись для оснащения египетских вооружённых сил. Переданные Египту самоходки принимали участие в арабо-израильских вооружённых конфликтах на Ближнем Востоке. Участвовали в Семидневной войне в виде неподвижных огневых точек закопанных в песок по надгусеничные полки. В Египет поставлялись не модернизированные варианты, однако на них была установлена система ПНВ с ИК прожектором, смонтированном попарно с фарой в защитной корзине слева от орудия. Начиная с середины 1970-х годов, ИСУ-152 были сняты с вооружения Советской армии и заменены более современными САУ; некоторое количество уцелевших от разрезки на металл машин сейчас служат памятниками и экспонатами в музеях различных стран мира.

Жаргонное название ИСУ-152 — «Зверобой». В Вермахте её называли «Dosenöffner» (нем. «консервный нож»).

История создания

Работы по созданию САУ ИСУ-152 начались в июне 1943 года в конструкторском бюро опытного завода № 100 в Челябинске в связи с окончательным решением о замене в производстве тяжёлого танка КВ-1с новым перспективным танком ИС-1.

Однако, на базе танка КВ выпускалось тяжёлое штурмовое орудие СУ-152, потребность в котором действующей армии была чрезвычайно высока (в отличие от потребности в тяжёлых танках КВ). Отличные боевые качества СУ-152 послужили основанием для создания её аналога на базе танка ИС-1.

Разработка ИСУ-152 велась под руководством Жозефа Яковлевича Котина, главного разработчика всей советской линейки тяжёлых танков. Главным конструктором ИСУ-152 был Г. Н. Москвин. На ранних стадиях проект новой САУ обозначался как ИС-152. В октябре 1943 года был построен первый прототип, «Объект 241». Он успешно прошёл заводские и государственные испытания; 6 ноября 1943 года постановлением Государственного комитета обороны новая САУ была принята на вооружение РККА под окончательным названием ИСУ-152. В том же месяце началось серийное производство ИСУ-152 на ЧКЗ. В декабре 1943 года СУ-152 и ИСУ-152 ещё выпускались на ЧКЗ совместно, а со следующего месяца ИСУ-152 полностью заместила свою предшественницу СУ-152 на сборочных линиях.

Ввиду большой загруженности ЧКЗ выпуском тяжёлых танков ИС-2 бронекорпуса для самоходок ИСУ поставлял Уральский завод тяжёлого машиностроения (УЗТМ).

В процессе производства в конструкцию ИСУ-152 вносились незначительные изменения, направленные на повышение боевых и эксплуатационных качеств и снижение себестоимости машины. Во второй половине 1944 года был введён новый сварной нос корпуса из катаных бронеплит вместо одной цельнолитой детали, толщину бронемаски орудия увеличили с 60 до 100 мм. Также на САУ стали устанавливать 12,7-мм зенитный крупнокалиберный пулемёт ДШК и увеличили ёмкость внутренних и наружных топливных баков. Радиостанция 10Р была заменена на улучшенный вариант 10РК.

 

Серийное производство

6 ноября 1943 года постановлением Государственного комитета обороны новая САУ была принята на вооружение РККА под окончательным названием ИСУ-152. В том же месяце началось серийное производство ИСУ-152 на Челябинском Кировском заводе (ЧКЗ). В декабре 1943 года СУ-152 и ИСУ-152 ещё выпускались на ЧКЗ совместно, а со следующего месяца ИСУ-152 полностью заместила свою предшественницу СУ-152 на сборочных линиях.

В процессе производства в конструкцию ИСУ-152 вносились незначительные изменения, направленные на повышение боевых и эксплуатационных качеств и снижение себестоимости машины.

Ввиду большой загруженности ЧКЗ выпуском тяжёлых танков ИС-2 бронекорпуса для самоходок ИСУ поставлял Уральский завод тяжёлого машиностроения (УЗТМ).

В связи с нехваткой стволов гаубиц-пушек МЛ-20С с апреля 1944 года начался серийный выпуск САУ ИСУ-122, отличавшихся от ИСУ-152 только установленной артиллерийской системой (соответственно прицелом, боекомплектом и тенденциями в боевом применении) — вместо МЛ-20С в бронекорпус монтировались 121,92-мм пушки А-19С, которые в то время находились в избытке на складах вооружений.

Во второй половине 1944 года был введён новый сварной нос корпуса из катаных бронеплит вместо одной цельнолитой детали, толщину бронемаски орудия увеличили с 60 до 100 мм. Также на САУ стали устанавливать 12,7-мм зенитный крупнокалиберный пулемёт ДШК и увеличили ёмкость внутренних и наружных топливных баков. Радиостанция 10Р была заменена на улучшенный вариант 10РК.

С начала 1945 года на САУ стали устанавливать 12,7-мм зенитный крупнокалиберный пулемёт ДШК.

В 1945 году несколько машин ИСУ-152 выпустил Ленинградский Кировский завод (ЛКЗ).

С ноября 1943 по май 1945 года ЧКЗ и ЛКЗ построили 1885 ИСУ-152. Серийное производство самоходки закончилось в 1946 году (некоторые источники указывают на окончание выпуска в 1947 году), всего было выпущено 3242 машины этой марки. Лицензии на производство ИСУ-152 в другие страны не продавались.

 

Боевое применение

ИСУ-152 в целом удачно сочетала в себе три главных боевых роли: тяжёлое штурмовое орудие, истребитель танков и самоходную гаубицу. Однако в каждой из этих ролей, как правило, существовала другая, более специализированная САУ с лучшими характеристиками для своей категории, чем у ИСУ-152.

Помимо Второй мировой войны, ИСУ-152 использовались при подавлении Венгерского восстания 1956 года, где они ещё раз подтвердили свою огромную разрушительную мощь. Особенно эффективным было использование ИСУ-152 в роли мощнейшей «противоснайперской винтовки» для уничтожения скрывавшихся в жилых домах Будапешта снайперов повстанцев, наносивших значительный урон советским войскам. Иной раз только наличия самоходки поблизости было достаточно, чтобы обитатели дома в страхе за свою жизнь и имущество выдворяли из него засевших там снайперов или бутылкометателей.

В арабо-израильских войнах ИСУ-152 использовались в основном как стационарные огневые точки по берегам Суэцкого канала и мало чем себя проявили в руках египетских войск. Некоторое количество этих машин было захвачено израильской армией.

 

ИСУ-152 как тяжёлое штурмовое орудие

Основным использованием ИСУ-152 была огневая поддержка наступающих танков и пехоты. 152,4-мм (6-дюймовая) гаубица-пушка МЛ-20С имела мощный осколочно-фугасный снаряд ОФ-540 массой 43,56 кг, снаряжённый 6 кг тротила (тринитротолуола, ТНТ). Эти снаряды были очень эффективны как против неукрытой пехоты (с установкой взрывателя на осколочное действие), так и против укреплений, таких как ДОТы и траншеи (с установкой взрывателя на фугасное действие). Одного попадания такого снаряда в обычный городской дом средних размеров было достаточно для уничтожения всего живого внутри.

ИСУ-152 были особо востребованы в городских боях, таких как штурмы Берлина, Будапешта или Кёнигсберга. Хорошее бронирование самоходки позволяло ей выдвигаться на дистанцию выстрела прямой наводкой для уничтожения вражеских огневых точек. Для обычной буксируемой артиллерии это было смертельно опасно из-за вражеского пулемётного и прицельного снайперского огня.

Чтобы уменьшить потери от огня «фаустников» (немецких солдат, вооружённых «панцершреками» или «фаустпатронами»), в городских боях ИСУ-152 использовались по одной-две самоходки вместе с пехотным отделением (штурмовой группой) для их защиты. Обычно штурмовая группа включала снайпера (или, как минимум, просто меткого стрелка), автоматчиков и иногда ранцевого огнемётчика. Крупнокалиберный пулемёт ДШК на ИСУ-152 был эффективным оружием для уничтожения «фаустников», скрывающихся на верхних этажах зданий, за завалами и баррикадами. Умелое взаимодействие между экипажами самоходок и приданными бойцами-пехотинцами позволяло достичь поставленных целей с наименьшими потерями; в противном случае атакующие машины могли быть очень легко уничтожены «фаустниками».

Известный танкист и автор мемуаров Д. Ф. Лоза так характеризует ИСУ-152 в этой роли:

Незадолго до этого гитлеровцы начали обстрел «Эмча», стоящих под арками, из противотанковой пушки, которую ночью затащили на верхний этаж одного из домов, что севернее Ратуши. Её огнём были повреждены гусеницы двух танков. Надо было срочно принимать меры, иначе большинство боевых машин восточнее Ратуши, университета и парламента могут пострадать от огня этого орудия, а если сменить их позиции, то мы лишимся нескольких кварталов. Вызвал командира батареи ИСУ-152 и приказал ему немедленно подавить вражескую огневую точку. Самоходка, шлёпая по асфальту широкими гусеницами, заняла позицию на одной из улиц, выходящей на юго-восточную сторону площади. То самое любопытство, которое сгубило больше девственниц, чем любовь, потащило нас на улицу посмотреть, как самоходчики одним снарядом разнесут на куски немецких артиллеристов с их пушкой. Танкисты и десантники расположились возле «зверобоя» и стали ждать… Я и сейчас, вспоминая те минуты, не могу простить себе, командиру с немалым боевым опытом, допущенную ошибку. Зачем разрешил эти «смотрины»? За них пришлось уплатить высокую цену.

Венские улочки, разбегавшиеся в разные стороны от центральной площади, не широкие. Красивые дома с венецианскими окнами высятся по их обеим сторонам. Грохнул выстрел крупнокалиберной пушки самоходки. Резко колыхнулся воздух. Полтора этажа дома вместе с вражеским противотанковым орудием и его прислугой рухнуло на землю. А в нашем расположении от мощной воздушной волны выстрела с треском лопнули толстые стёкла в домах, находившихся рядом с самоходной установкой. Их тяжёлые осколки посыпались на головы «зрителей», в результате были ранены руки и спины у десяти человек, а у двоих сломаны ключицы. Благо танкисты были в шлемах, десантники — в касках, и головы остались целы!

 

Существует мнение, что ИСУ-152, исходя из реалий её применения (фактически очень часто она, как и другие советские САУ, вела бой в порядках наступающей пехоты, то есть выполняла задачи танков), можно классифицировать как тяжёлый безбашенный танк.

 

ИСУ-152 как истребитель танков

ИСУ-152 могла также успешно выступать в роли истребителя танков, хотя существенно уступала специализированным истребителям танков, которые вооружались противотанковыми пушками. В этом качестве она унаследовала прозвище «Зверобой» от своей предшественницы СУ-152. Для поражения бронецелей предназначался бронебойный снаряд БР-540 массой 48,9 кг с дульной скоростью 600 м/с, попадание БР-540 в цель было очень разрушительным, шанс уцелеть после него был ничтожно мал.

Уместно заметить, что ИСУ-152 не была настоящим истребителем танков; у неё был низкий темп огня по сравнению с «настоящими» истребителями танков, такими как немецкая «Ягдпантера» или отечественная СУ-100 (их темп огня достигал 5—8 выстрелов в минуту, хотя и на короткий промежуток времени). С другой стороны, тщательная маскировка, быстрая смена огневых позиций и использование ИСУ-152 группами по 4—5 машин значительно смягчали недостаток скорострельности. Кроме того, в 1944—1945 гг. в Красной армии уже появилось достаточное количество специализированных истребителей танков типов СУ-85, СУ-100 и ИСУ-122, поэтому боевые столкновения ИСУ-152 с вражеской бронетехникой были уже не такими частыми, как у СУ-152 в 1943 году, когда последняя была единственным советским мощным противотанковым средством. ИСУ-152 старались больше использовать в качестве штурмового орудия, поскольку её огневая мощь существенно превосходила любые другие советские танки и САУ.

Ещё одна цитата из мемуаров Д. Ф. Лозы:

Сложившуюся ситуацию следует немедленно переломить, и, слава богу, в моих руках было эффективное средство — самоходки. С командиром батареи старшим лейтенантом Яковом Петрухиным мы подробно обсудили план действий. Договорились о том, что установки, используя дальнобойность и огневую мощь своих 152-мм орудий, выбивают в первую очередь наступающие «Пантеры», а потом добивают ранее подбитых. Особое внимание командира батареи я обратил на скрытность выхода самоходок на огневые позиции, который будут прикрывать экипажи «Шерманов», ведя огонь, главным образом, на отвлечение немецких танкистов.

Яков Петрухин выбрал два очень удобных места для стрельбы, где каменные заборы прикрывали корпуса машин от неприятельских бронебойных снарядов.

 

С нашей стороны по всей восточной линии усилился огонь. «Эмчисты» старались не позволить гитлеровцам выйти на центральную площадь, заперев их в прилегающих к ней улицах, а также прикрыть выход самоходок на огневые позиции.

Как медленно тянется время, когда в схватке с врагом ждёшь решающей минуты, способной переломить ход боя. Вот он, долгожданный миг! Два громоподобных выстрела ударили по барабанным перепонкам, выбив стёкла в окнах рядом стоящих домов.

«Второе венское зрелище» оказалось не менее впечатляющим… На одной из «Пантер», что уже почти выползла на площадь, от удара крупнокалиберного бетонобойного снаряда снесло башню. Второй тяжёлый танк вспыхнул огромным костром. А ИСУ-152 тут же покинули позиции. Немецкие танки спешно стали пятиться назад, оставив без поддержки пехоту, которая тут же разбежалась по дворам и переулкам.

Против танков мог использоваться и осколочно-фугасный снаряд ОФ-540 с хорошими результатами. Д. Ф. Лоза кратко характеризует такую возможность так: «Но огромного грохота не было. Конечно, может, если такое чудище, как ИСУ-152 врежет — услышишь! И башню вместе с головами снесёт».

 

ИСУ-152 как самоходная гаубица

ИСУ-152 весьма нечасто, но использовались как самоходные гаубицы для стрельбы с закрытых позиций. Красная армия не имела специализированных машин для этой цели, подобных немецкому Hummel, американскому Howitzer Motor Carriage M7 или английскому Sexton. Танковые и механизированные части Красной армии были хорошо оснащены буксируемой артиллерией, но буксируемые орудия были уязвимы на марше, и они не могли поддержать танки и мотопехоту при быстром продвижении внутрь вражеской обороны. В этой роли ИСУ-152 использовались и для артподготовок. Максимальная дистанция огня у ИСУ-152 составляла около 13 км, несмотря на ограниченный 20° угол возвышения орудия. Однако возможности по стрельбе с закрытых позиций сильно ограничивались низкой скоростью загрузки снарядов. Кроме того, в отличие от буксируемого варианта орудия МЛ-20, которое имело угол возвышения 65°, ИСУ-152 не могла вести огонь по навесным траекториям с высокой крутизной. Это существенно снижало область применения данной машины в качестве самоходной гаубицы.

Стрельба ИСУ-152 с закрытых позиций также является предметом споров на военно-тематических форумах. По документам достоверно установлено два факта такого использования САУ, есть и фотография ведущей огонь ИСУ-152 с закрытых позиций с уложенными рядом с самоходкой боеприпасами. Ещё несколько свидетельств найдено в источниках мемуарного характера. Вполне вероятно, что помимо этих случаев такое практиковалось ещё не раз, поскольку фронтовые отчёты и фотодокументы содержат только часть сведений о боевом использовании машин. Однако их малое количество свидетельствует о том, что использование ИСУ-152 в качестве самоходной гаубицы в Великую Отечественную войну было редким явлением.

Тем не менее, в послевоенное время аспекты боевого применения ИСУ-152 стали смещаться от штурмового орудия в сторону самоходной гаубицы. Получившие массовое распространение новые танки типов Т-55 и Т-62 имели более высокую тактическую и оперативную скорость, чтобы тяжёлые тихоходные ИСУ могли успешно их сопровождать в наступлении. Броня ИСУ-152 уже не была достаточной против новых противотанковых средств, а новые 100-мм и 115-мм пушки танков Т-55 и Т-62 имели неплохую мощность осколочно-фугасного снаряда против полевых укреплений противника. В условиях стагнации развития советской ствольной самоходной артиллерии благодаря бурному развитию ракетных вооружений ИСУ-152 сохранялись как штурмовые орудия для городских боёв и стали использоваться как самоходные гаубицы, где требования защищённости и оперативной мобильности были не столь критичны.

 

Оценка машины

В целом ИСУ-152 являлась довольно успешным образцом универсальной тяжёлой самоходно-артиллерийской установки. Отмеченные выше в разделе Боевое применение особенности и долгая служба машины в Советской армии служат этому дополнительным подтверждением.

Броня ИСУ-152 была вполне адекватной для поздней стадии Второй мировой войны. Лобовые 90-мм бронеплиты, наклонённые под углом 30°, уверенно защищали машину от наиболее распространённой немецкой 75-мм противотанковой пушки Pak 40 на дистанциях свыше 800 м. ИСУ-152 была лёгкой в ремонте; часто подбитые врагом самоходки через пару дней ремонта в полевых условиях возвращались в строй. После устранения «детских болезней» машины ИСУ-152 зарекомендовала себя очень надёжной и неприхотливой самоходкой; она легко осваивалась не обученными экипажами.

Однако, помимо достоинств, ИСУ-152 имела и недостатки. Самым большим из них был малый возимый боекомплект в 20 выстрелов. Более того, погрузка нового боекомплекта была трудоёмкой операцией, иной раз занимая более 40 минут. Это было следствием большой массы снарядов, как следствие, от заряжающего требовалась большая физическая сила и выносливость. Телескопический прицел СТ-10 был отградуирован на стрельбу на дистанции до 900 м, тогда как орудие позволяло вести стрельбу прямой наводкой на дистанции свыше 3,5 км. Поэтому при точной стрельбе на дальность свыше 900 м наводчик вынужден был использовать менее удобный панорамный прицел. Иным способом решения этой проблемы была концентрация огня нескольких самоходок в желаемую точку. Недостаточная точность компенсировалась огневой мощью. Попадание осколочно-фугасного снаряда в близкую окрестность сильнобронированной цели зачастую выводило её из строя даже без пробития брони (взрывной волной и осколками повреждались орудие, ходовая часть, прицельные приспособления цели). Стрельба мощными осколочно-фугасными снарядами по бронецелям была вполне обычным явлением, поскольку в боекомплекте 13 выстрелов из 20 были именно осколочно-фугасными. Остальные 7 были бетоно- или бронебойными.

Компактная компоновка позволила уменьшить общий размер машины, что благоприятно сказалось на её заметности на поле боя. Однако эта же компоновка вынудила разместить топливные баки внутри боевого отделения. В случае их пробития у экипажа существовал большой риск сгореть заживо. Однако эта опасность несколько снижалась худшей по сравнению с бензином воспламеняемостью дизельного топлива и наличием тетрахлорного огнетушителя. Во фронтовых сводках нередко отмечалось, что загоревшиеся машины на базе тяжёлого танка ИС (в том числе и ИСУ-152) легко поддаются тушению огня.

Сравнение ИСУ-152 с другими САУ различных стран того периода провести весьма затруднительно из-за отсутствия аналогов по комбинации тактического применения, массы машины и её вооружения. Длинноствольным орудием калибра 150—155 мм оснащались только легкобронированные самоходные гаубицы Hummel (Германия) и Gun Motor Carriage M12 (США) на базе средних танков, которые не были ни противотанковыми САУ, ни штурмовыми орудиями. В категории по массе 45—50 т существует только немецкий истребитель танков «Ягдпантера», который не был одновременно ещё и штурмовым орудием. Немецкие штурмовые орудия, выполнявшие также противотанковые функции, StuG III и StuG IV были существенно легче ИСУ-152 по вооружению и массе, а также слабее бронированы. Штурмовой танк (на самом деле САУ) StuPz IV «Brummbär» был также легче по массе и оснащался короткоствольным 150-мм орудием, его противотанковые возможности были существенно ограничены. В некоторой степени аналогом ИСУ-152 можно считать немецкий «Ягдтигр», также имевший весьма мощную пушку калибром 128 мм и чрезвычайно сильное бронирование. С другой стороны, немецкая САУ всё же имела ярко выраженную противотанковую направленность; кроме того, по массе она превосходила ИСУ-152 в 1,7 раза. Бронетанковая техника Второй мировой войны США и Великобритании вообще не имела серийных образцов тяжёлых самоходно-артиллерийских установок.